Позитив ресторатора Антона Пинского

Количество посетителей в ресторанах после начала боевых действий на Украине начало возвращаться к довоенным показателям, а ресторанный бизнес в целом в России ждет хорошее будущее. Об этом ресторатор Антон Пинский рассказал RTVI в рамках проекта «Хроники нового мира»

Позитив ресторатора Антона Пинского
Фото: Иван Краснов / RTVI

О снижении количества посетителей в ресторанах после начала боевых действий.
На мой взгляд, глобально никак не поменялось [ведение бизнеса]. Безусловно, какое-то количество людей, которые были против определенных событий, уехали из страны, понятно, их, может быть, стало чуть меньше, назовем так, либерально настроенных. В марте мы ощущали, наверное, отток публики на 20%. Но в итоге в апреле мы уже видим, что в апреле [отток был] 10%, а в мае мы уже восстановились, в июне даже идем с опережающими темпами по отношению к июню [в прошлом году].

Об этичности похода в ресторан в условиях «военной спецоперации».
А этично или неэтично было всё это [праздничные фестивали] проводить, и не только у нас, но и в соседней стране [на Украине], в 2014 году, в 2015 году? Для меня неэтично — это оставить без зарплаты большое количество сотрудников, которые у меня работают. Неэтично оставить себя, свою семью без заработков и доходов, своих партнеров-компаньонов. Бизнес — это не только про кайф и удовольствие, это все-таки в первую очередь про ответственность, и мы это, кстати, в полной мере могли все ощутить во время пандемии, когда у тебя все остановилось, а зарплату надо платить.

О потенциальной возможности вести бизнес в Крыму и в Донбассе.
Надо рынок смотреть, изучать. Я эти рынки не изучал, поэтому мне сложно сказать. Там надо посмотреть, есть ли спрос достаточный. Наверное, в ДНР сейчас он не столь очевиден, в Крыму он сезонный, поэтому это просто, наверное, не те поля, на которых я играю. Я все-таки прагматик-бизнесмен: есть моя гражданская позиция как гражданина и есть моя позиция как бизнесмена.

О сложностях ведения бизнеса в условиях антироссийских санкций.
У меня, например, был бизнес в Испании, на острове Ибица. И по менталитету, не только даже с точки зрения населения, а с точки зрения принятого уклада общения бизнеса и власти Турция более понятна мне, правила более понятны, чем в Испании, [где] бюрократия страшная. Вот пример. Когда началась спецоперация, местный банк нам заблокировал счета и сказал, что «мы как бы претензий к вам глобально не имеем, но идите в другой банк». Другой банк говорит: «Нет, не можем вам счет открыть».

А в это время тебе надо зарплаты платить, коммуналку платить, то-се платить, а все счета заблокированы. Мы обращаемся в инстанции надзорные: «что это такое, у нас там счет блокируют, здесь не открывают, нарушают наши права, мы законопослушные бизнесмены». Ну и дальше начинается волокита: напишите туда, там дело рассматривает этот, потом передали в Мадрид, потом из Мадрида вернули туда. Будешь ходить правду искать года два.

В России и в Турции, если ты в чем-то виноват, то к тебе придут и тебе придется достаточно быстро отвечать за то, что ты виноват. А в Испании не так. Виноват или не виноват — неважно: тебе блокируют счет, а дальше ты ходишь и там кого-то ищешь, доказываешь кому-то, что ты прав, а там до тебя никому дела нет.

О росте цен на еду в ресторанах.
Мы в двух ресторанах немного адаптировали меню, но это не было связано с этими внешними факторами [боевыми действиями]. Просто уже настало время, нам пришлось менять цены. Мы начали их корректировать, но потом отменили всю эту коррекцию в марте, потому что уже к тому моменту и курс откатился, и уже прошла паника среди поставщиков, потому что поставщики же начало [цепочки], а мы как раз сильно закупились, когда только вот в первые дни, продуктами, и в принципе у нас входящие цены были еще нормальные.

О борьбе с эскортницами, которые приходят в рестораны.
Коллеги с этим борются по-разному. Кто-то, например, вычисляя их, потом вносит их телефоны в черные списки, и им столы уже не бронируют. У нас бронь ограничена временем, то есть бронируем [человеку место], время посещения двумя часами ограничено. Человек не может дольше сидеть [чем два часа]. Поэтому здесь искательнице приключений и хорошей жизни [не получится сидеть долго], просто она потратит деньги и ничего не найдет.

О клубной культуре.
А сейчас почему меньше стало [эскортниц]? Потому что они их [богатых людей] не в ресторанах ищут, сейчас же активно развились соцсети. Эти соцсети убили гламурную ночную Москву в свое время. Раньше в клубы одни ходили снять, другие сняться. А почему сейчас этой гламурной Москвы не стало? Потому что люди стали к дискотеке относиться как к дискотеке, как к месту для танцев. Это хороший тренд с точки зрения мерила здоровья общества. К дискотеке стали относиться именно как к дискотеке.

Сейчас пришло новое поколение, они тусуются. Например, в том же Gipsy у нас проходит по три тысячи человек в ночь, в Lookin Rooms, которому уже 13 лет, проходит две-три тысячи человек в ночь. Но это уже другие люди, другое поколение с другим мышлением. Они приходят именно потанцевать, они не приходят какое-то шоу устроить.

О разборках в клубах.
В век развития высоких технологий и того, что сейчас все всё снимают на телефоны и тут же выкладывают, все стали очень аккуратно [вести себя в клубах]. [Раньше], когда человек пьяный, особенно если его не пускают, то у него могла происходить трансформация на глазах у фейсконтрольщика от блатного до полицейского и обратно. Он начинал говорить, что он там какой-то суперкрутой, в итоге доставал какую-то корочку. Но сейчас, как мне кажется, [в России] за счет технологического прогресса произошла трансформация в умах людей, и в целом мы это видим, таких вот бытовых проблем, их стало не то что меньше, а их практически нет, это единичные случаи. Те, у которых была такая горячая кровь, сейчас себя ведут иначе.

О ведении бизнеса на Украине и бытовой русофобии.
Мы открыли не так давно проект [на Украине], в сентябре. У меня русская команда там работала, и они неоднократно просили: «Когда мы в Россию вернемся? Когда ты нас заберешь отсюда? Сколько здесь можно?» То есть они действительно ощущали весь этот пресс и давление [из-за того, что они русские]. Вот я там был [тоже], работал, я понимаю, что это такое, и сам ездил туда неоднократно, примерно два раза в месяц.

Сотрудники мои постоянно страдали. Причем начиналось [давление] в аэропорту. Ты приезжаешь, [у тебя спрашивают]: «Чей Крым?», «Был ты в Крыму?», «Был ли ты на Донбассе?» К русским относятся как к людям второго сорта. Ты когда приезжаешь, даешь русский паспорт на границе, всех пропускают, [а] тебя, и, как правило, двух марокканцев или двух алжирцев [оставляют]. Ты сначала ожидаешь часов пять. Потом они тебе говорят: «Ну заходите». Ты заходишь. Они тебе начинают задавать вот эти вопросы. Я в Киев ездил за прошлый год раз 10-12. Из 10 раз 2 раза я быстро проходил, а 8 раз мне там по 10 часов морочили голову.

Я связываю такое отношение с тем, что там [на Украине] работала пропаганда достаточно активно после 2014 года для того, чтобы усилить русофобские настроения среди населения, и это проявлялось в том числе на бытовом уровне. Там был такой микс: было большое количество людей, нормально настроенных, но всё, что касалось чиновников, проверяющих — проверяющие когда приходили в рестораны, если они видели, что есть какие-то там русские, начиналась целая история. Это больше был крен не со стороны населения — [и] населения в том числе, — но все, облеченные властью в той или иной степени, всегда относились [настороженно к русским].

О том, что в России ненавидят богатых.
Мне в память врезался [случай], когда я купил себе первую машину, Porsche. И вот я еду на этом Porsche, только получил права, стою на перекрестке, и две женщины стоят, лет по 55, на светофоре. У меня открыто окно и негромко играет музыка. Это был, наверное, год 2008-й. И одна [из женщин] другой говорит: «Смотри, какой довольный! Наворовал и лыбится сидит». Ну вот откуда, почему такое отношение? Я музыку потише делаю, говорю: «А у кого украл-то?» Она покраснела: «Ой, он услышал! Ой, все, побежали!»

[Это часть культурного] кода. Потому что у нас в советское время у граждан было вбито в голову, что государство дает столько, и все должны жить одинаково равно. Никогда же не любили цеховиков или еще кого-то, кто пытался выбиться из общего ряда. Это отголоски советского периода, а, может быть, и царского периода.

О том, почему у ресторанного бизнеса в России позитивное будущее.
Почему вот я сейчас с позитивом смотрю на судьбу ресторанного рынка в России? За шмотками уже не сходишь. Заграничный отпуск тоже стал менее доступным. «Бэтмена» в кинотеатре не посмотришь, деньги на это не потратишь. Если раньше люди, выбирая досуг или выбирая, на что потратить свободные деньги, выбирали между рестораном и дорогой шмоткой, между рестораном и концертом, между рестораном и еще чем-то, то сейчас выбирать между рестораном и рестораном придется.

Источник:  RTVI

Опубликовано:
28/06/2022

Рекомендуем

Новости

В каком случае продажа собственной кулинарной продукции освобождается от НДС

Предприниматель изготавливает кулинарные изделия, полуфабрикаты и продает их их через собственные магазины кулинарии и кафетерий. При этом у ИП есть документы, согласно которым данные объекты относятся к объектам общественного питания. Может ли предприниматель пользоваться освобождением от НДС?
Новости

Структуры Novikov Group готовятся к выпуску полуфабрикатов

На фоне сокращения присутствия в России иностранных сетей пиццерий и крупных поставщиков пиццы свой проект в этом сегменте может запустить владелец структуры Аркадий Новиков с партнерами
Новости

Каким станет новое название бывшей сети Starbucks в России

Ресторатор Антон Пинский, который вместе с рэпером Тимуром Юнусовым (Тимати) и компанией «Синдика» приобрел российский бизнес сети Starbucks, подал в Роспатент три заявки на регистрацию новых возможных названий кофеен
Новости

Система грантов для поддержки столичного общепита

Столичные власти поддерживают предпринимателей, которые готовы предложить людям вкусную еду по доступной цене. Одна из главных мер поддержки — гранты на создание точек быстрого питания. Обладатели такого гранта поделились своим мнением о данной программе
Новости

Отечественная рыба и морепродукты в ресторанах России

Российские рестораны заменяют импортную рыбу и морепродукты на отечественные, однако отмечают резкий рост цен на такую продукцию — местами подорожание составило 40-50%
Новости

«Фабрика» современных ресторанов

В Петербурге активно развивается новый формат общественных пространств – фуд-холлы. В городе функционируют уже четыре таких проекта, а недавно на Петроградской стороне был запущен пятый