Королевство маловато

Марала Чарыева: «Я люблю большие проекты, потому что в них можно развернуться и оставить какое-то наследие»

Королевство маловато
Фото: МАРИЯ ИОНОВА-ГРИБОВА
Чарыева Марала
Исполнительный директор компании City Restaurants. Д.э.н., профессор кафедры «Национальная экономика» РАНХиГС

Как руководить проектами, в которых участвуют десятки тысяч людей, почему нельзя держать в команде человека-вату и когда «Штирлиц был наиболее близок к провалу» — об этом главный редактор ИГ «Ресторанные ведомости» Елена Аносова поговорила с Маралой ЧАРЫЕВОЙ, исполнительным директором компании City Restaurants, доктором экономических наук и экс-вице-президентом функционального подразделения по организации питания, уборки и утилизации отходов Организационного комитета ХХII зимних Олимпийских игр и ХI зимних Паралимпийских игр 2014 года в городе Сочи.

Говорят, что у вас удивительный стиль руководства, в котором искусно сочетаются внешняя мягкость и внутренняя крутая строгость. Как руководить людьми, чтобы они вас обожали и побаивались одновременно?

Ну это коктейль из множества компонентов — тут и демократия, и авторитаризм, и жесткость, и сострадание... Надо чувствовать людей и важно им верить. Потому что если вы набираете команду, которой по какой-то причине не доверяете, не можете на нее положиться, то вам будет сложно достичь высоких целей. Я — командный игрок. Успех любого дела, уверена, зависит от команды. Даже если ты Дэвид Копперфильд и творишь чудеса, за тобой все равно стоит команда. И управлять легко, когда вы говорите на одном языке, когда у вас одинаковые жизненные ценности, когда вы слышите друг друга и проявляете терпение. Терпение, кстати, очень важное качество. Нетерпимость отвратительна во всех ее проявлениях .

В какой период в вашем подчинении было наибольшее количество людей?

Олимпиада. Порядка десяти тысяч человек. Это и подрядчики, и операторы питания, которые с нами работали, и непосредственно мои коллеги — их было около двухсот человек и 220 волонтеров.

Что для вас является той точкой кипения, когда вы принимаете решение расстаться с человеком, с которым работаете?

Нелояльность. Когда человек работает цинично, без души и ему, в принципе, все равно, где быть — в этом проекте, в другом проекте, какой будет результат или его не будет. Это такой процессный сотрудник, он существует только потому, что ему где-то нужно существовать. Такие люди — большое зло для компании, их пример пагубно влияет на других членов коллектива, особенно на новичков. Со стороны может показаться, что это такие люди, которые как будто эмоционально выгорели, но они не выгорели. Это просто человек-вата, он смотрит на все сквозь, не насквозь, а именно сквозь. С такими я расстаюсь без сожаления.

Вы много лет были вице-президентом «Росинтер Ресторантс Холдинг» — работали плечом к плечу с Ростиславом Ордовским, человеком, глобально повлиявшим на формирование ресторанного рынка в нашей стране. Можете назвать три основополагающие вещи, которые вам дал Ордовский?

Я даже не могу описать, насколько этот человек мне близок, его слова всегда находят отклик в моей душе, и я разделяю все, что он делает. Ордовский научил меня вере в людей. Он никогда не измеряет человека его достижениями, он относится к людям по-христиански — с большой любовью. Он много людям отдает, делится, помогает. Вторая важная вещь — отношение к бизнесу. Несмотря на все сложности, которые в его жизни происходят, Ростислав никогда не предается унынию. Внешне он всегда выглядит оптимистично — он энергичен, собран, я никогда не слышала, чтобы он жаловался, искал виноватых, говорил о чем-то с обреченностью. Мне всегда хотелось иметь такие внутренние силы и стержень, как у него. А третье — большой энтузиазм, способность генерить энергию, которая всех спасает, всем помогает. Это уникальное качество. Когда говорит Ростислав Вадимович, тебя накрывает этой волной, ты сразу становишься его фанатом, и тебе хочется делать так, как он говорит. Я всегда наблюдаю за ним, учусь у него, мне его школа очень помогает преодолевать проблемы, двигаться к намеченным целям.

Людям бывает крайне сложно держать ту высокую планку, которую задает руководитель. И они в этом не виноваты. Бывает, что вы снижаете свои требования?

Знаете, меня в детстве родители никогда не хвалили, вообще никогда. Я даже не знала, какие бывают ощущения, когда тебе мама или папа говорят, что ты молодец. Поэтому я всегда очень хотела быть молодцом. В школе училась на отлично, в институте получила красный диплом, в 24 года стала кандидатом экономических наук, на работе и в бизнесе меня часто хвалили, говорили «молодец», а в семье — нет. Поэтому я выросла с таким самоощущением внутренней требовательности к самой себе. Нужно все делать best ever. Понимаю, что окружающим тяжело даются мои установки... Поэтому с годами я больше стараюсь идти людям навстречу. Но для себя планку не опускаю и говорю: не относись снисходительно к своим ошибкам, работай над ними, учись и стремись.

Можете вспомнить момент, когда «Штирлиц никогда не был так близок к провалу»?

Наверное, это было связано с моей любимой Олимпиадой 2014 года. В Сочи шла стройка века, предшествующая Олимпийским играм. Понятно, что случались разные форс-мажоры — то поставщики подведут, то еще что-нибудь произойдет.

А чем отличается мега-проект от любого другого? Там непереносимые дедлайны. Если 7 февраля 2014 года в 20 часов 14 минут должна начаться церемония открытия Олимпийских игр, то все остальное не имеет абсолютно никакого значения. Если в бизнесе можно что-то отложить, перенести, заменить, то на мероприятии планетарного масштаба стрелки часов сдвинуть невозможно. Ситуаций «на грани», когда я думала, что все пропало, было немало, но включалось второе дыхание, потом пятьдесят шестое, потом находились какие-то идеи, решения, люди — и в итоге все свершалось.

Вы всегда были в большом бизнесе. Олимпиада — тоже бизнес. В чем его особенность и что вам дал этот опыт?

Я занималась не просто большими проектами, они были трендовыми — номер один в своем сегменте. Например, я управляла «Вессо Линк Единая Пейджинговая» — первой пейджинговой компанией в России, торговый дом «Компьюлинк», где впервые в Восточной Европе был открыт компьютерный гипермаркет. Потом руководила самой крупной и успешной кинотеатральной сетью, которая открывала первые в России мультиплексы «Формула кино».

Затем была компания «Росинтер» Ростислава Ордовского — огромная ресторанная сеть в стране, где только-только начинала складываться ресторанная индустрия. Целый букет известных на всю страну и постсоветское пространство брендов — «Ростикс», «Иль Патио», «Планета Суши»...  Мне нравится принимать челленджы, вызовы, делать что-то первой, это моя стихия. Я люблю большие проекты, потому что в них можно развернуться и оставить какое-то наследие. Если глобально рассуждать, каждый человек (чем бы он ни занимался) должен оставить свое наследие. У каждого своя Олимпиада, условно говоря. Я всегда вспоминаю момент, когда в 2010 году первый раз привезли пятьсот потенциальных участников — операторов питания, поставщиков продуктов и оборудования, логистические и транспортные компании, мировых спонсоров в Сочи. Я водила их с картой в руках по будущему Олимпийскому парку и рассказывала: здесь будут ледовый дворец «Айсберг», «Адлер Арена», керлинговый дворец «Ледяной куб». А вокруг все было поросшее бурьяном. Люди смотрели на меня и говорили: наверное, у нее нездоровая фантазия. Я им ответила примерно так: я всю жизнь на кого-то работала — на совет директоров, на акционеров, на компанию.

Это был большой бизнес — жесткий и сложный и так далее, но я никогда не работала на страну. Никогда не участвовала в чем-то, чем буду гордиться всю свою жизнь. И я знаю, что моя семья будет мной гордиться, потому что я сделала что-то большое для страны, была маленькой частью большой победы. Это наполняет твою жизнь совершенно другими красками, потому что дает ощущение сопричастности к чему-то по-настоящему важному.

Наверное, после Олимпиады любой проект покажется мелким. Чем вы сейчас живете?

У нашей компании City Restaurants стратегические планы развития бренда KFC. За два года мы хотим увеличить количество ресторанов KFC более чем в два раза,развивать другие наши ресторанные бренды. Новый фокус — региональная экспансия, выходим за пределы Москвы, идем в Центральный федеральный округ — в города, в которых никогда не были, например, в Калининград. Следующий шаг — международные рынки.

А вы участвуете в подготовке Чемпионата мира по футболу?

Когда я вижу свой план по командировкам на июнь и июль, понимаю, что скоро буду в центре мирового события. Безусловно, это огромный драйв, мои знания и опыт будут задействованы в создании глобальной истории, я получу еще один бесценный профессиональный опыт, сильные эмоции.

И мне уже грустно, что скоро Чемпионат мира по футболу закончится.

Что вас сегодня тревожит?

Политика. Эта макросреда так или иначе оказывает влияние на бизнес. Мы становимся некими заложниками сегодняшних политических катаклизмов. Хочется, чтобы их было меньше, хочется потратить свою жизнь на творчество, на придумывание чего-то, что сделает тебя, твой бизнес частью глобального мира. Политика создает границы, а для бизнеса границ быть не должно.

Опубликовано:
29/03/2018

Рекомендуем

Интервью

Елена Меркулова: «Мы занимаемся бизнесом и не пытаемся превратить мероприятия в тусовку»

Мы в течение года активно работаем с аудиторией, чтобы на выставке представить все самое актуальное и интересное
Интервью

Концепции, проверенные практикой

Максат Ишанов об основных составляющих успешного управления и оригинальных идеях в своих заведениях
Интервью

Валентино Бонтемпи: «В гастрономии, как и в любви, насильно мил не будешь»

Главное: четко понимать концепцию, стиль и чувствовать своих гостей
Интервью

Своих героев надо замечать

Алексей Сидоров — главный вдохновитель, идейный лидер и создатель Российской ассоциации сомелье
Интервью

Ресторан — это своеобразный иммерсивный театр

Гастрономия — это прежде всего взаимодействие с гостем и возможность играть роль эдаких манипуляторов
Интервью

Адриан Кетглас: «Дегустационный сет — идеальный формат»

Концепция ни в коем случае не должна меняться