Агроскин Семен |  Август 2014

Семен Агроскин: «В моде – демократичность»

Дизайн-проект ресторана — это кропотливая работа профессионалов, которым надо учесть все нюансы. Здесь требуется абстрагироваться от личных предпочтений и оформить заведение, учитывая его специфику

Семен Агроскин: «В моде – демократичность»
Агроскин Семен

Дизайнер создает неповторимый стиль ресторана, делает его интерьер максимально функциональным, что гарантирует посетителям комфорт, а владельцам — успех. Именно с таким подходом работает над проектами архитектор Семен Агроскин, который давно и по праву входит в элиту ресторанного дизайна. 


— Вы окончили один из самых элитарных институтов и СССР, и нынешней России — Московский архитектурный. Как вышло, что вы не стали проектировать дома, а оказались в сфере ресторанного дизайна?  

— Я оканчивал МАРХИ еще в советское время, в 1984 году. Тогда заниматься архитектурой, по моим ощущениям, было неперспективно. Я сразу понял, что буду делать интерьеры, поскольку строить дома-коробки как-то не хотелось. 

Сегодня ситуация изменилась, но я уже давно живу двумя жизнями: художника и архитектора. Эти ипостаси практически никогда не пересекаются, удовлетворяя мои художественные стремления. 

Сейчас студенты на последних курсах уже работают в проектных мастерских и архитектурных бюро и по окончании МАРХИ знают, куда идти. Нас же выпускали, в сущности, без настоящего опыта. И приходилось до всего доходить самостоятельно. Привычка учиться и все время вкладывать в свою творческую копилку что-то новое и полезное, даже неприменимое на тот момент, осталась навсегда. Потому что никогда не знаешь, что пригодится, откуда вынырнет оригинальная придумка. Как-то Пикассо спросили: «Почему за пять минут работы вы берете такие большие деньги?». И он ответил: «Потому, что это пять минут — и вся жизнь». Прежде чем создавать шедевры, надо долго и упорно учиться. 

— Прослеживаются ли сегодня какие-то определенные тенденции ресторанного дизайна? 

— Архитектурные тенденции России и Запада весьма разнятся. За рубежом ходят в маленькие ресторанчики семейного плана, в то время как у нас это направление еще совсем не развито. Поэтому в России и востребованы прежде всего такие дизайнерские объекты, в которых присутствуют элементы шоу. Рестораны, привлекающие не только (а иногда и не столько) своей кухней, но и внешним видом, определенной визуализацией, даже несколько театральными деталями. 

Однако в последнее время заказчики чаще пытаются совместить удобство и лакшери-оформление. Даже в «Якитории», которая задумывалась с аскетичным интерьером, сейчас нужны мягкие кресла и более интимные пространства. Можно сказать, что за последние три года все «обуютилось», а это свидетельствует о том, что людям хочется прийти в ресторан и расслабиться.

Вообще в моде — демократичность. В той же Москве сегодня супердорогие рестораны легко сосчитать по пальцам. А демократичные проекты становятся комфортнее и при этом — качественнее, и ценовая политика в них интересна все большему числу потенциальных гостей.  


Семен Агроскин родился в 1961 году. Окончил Московский архитектурный институт (МАРХИ) в 1984 году.  Член Московского союза художников, Московского союза архитекторов, Международной ассоциации изобразительных искусств IAA-AIAP (ЮНЕСКО). Участник многочисленных выставок русских художников за рубежом, в том числе в Японии, Германии, Бельгии, Франции и других странах. Работы художника находятся в коллекции Союза художников России, Министерства культуры России, Музея современного искусства в Москве, Третьяковской галереи, Музея современного искусства (г. Оклахома, США), Музея современного искусства «МАРТ» (Италия), в частных и корпоративных коллекциях России, Франции, Германии, Италии, Великобритании, Израиля, США и пр.


— Есть ли у вас собственные предпочтения, с чем работать и в каком стиле разрабатывать проект ресторана? 

— К проектам мы подходим прежде всего профессионально, то есть мыслим технично, и у нас нет кардинальных предпочтений в выборе материалов или стилей — надо работать так, чтобы найти оптимальные варианты для решения поставленной задачи. 

При этом, конечно, следим за веяниями моды. Например, сейчас популярен лофт. Мы тоже все больше используем его элементы по двум причинам. Во-первых, для разнообразия и, во-вторых, потому, что молодежь любит ходить в такие заведения, сидеть под открытыми трубами вентиляции, выкрашенными в черный цвет. В этом даже есть своя «изюминка», когда среди красивого интерьера вдруг выделяется какая-то железная конструкция. 

Хотя случаются и казусы. В одном ресторане мы сделали открытую вентиляцию, а руководство старательно закрыло ее некими белыми палантинами. Выглядело это ужасающе. Так что техноидея и сегодня не всегда проходит. Но главным остается следующее: если народ идет в ресторан, в том числе и благодаря дизайну, то, значит, все сделано верно, пусть даже какие-то детали активно не нравятся владельцу. 

И все же есть что-то «для себя». Мы любим работать со светильниками, с текстурами стен. Ведь можно делать очень интересные вещи. Например, придумать отделку, которая несколько напоминает бетон или старую штукатурку. Всегда выигрышно смотрится не просто крашеная гладкая стена, а наполненная неким содержанием.

— Существует ли разница при работе над дизайном одиночного или сетевого ресторана? 

— Одиночный ресторан — это больше арт-объект, искусство в чистом виде. Там прежде всего требуется некая индивидуальность. Хотя, конечно, и риски больше, причем для всех — и для хозяина, и для дизайнера. 

Но мы работаем в основном с сетевыми проектами. С ними проще, удобнее, поскольку существуют четкие требования и нет навязывания личных вкусов. Однако тут не всегда есть возможность сделать то, что хочется, — присутствует определенная планка. Обычно работа строится следующим образом: поступает заказ, мы придумываем визуальную концепцию и делаем проект, затем идет его утверждение. То есть идеи генерируем мы. 

— От чего вы отталкиваетесь, когда беретесь за новый проект? Кто или что становится источником идеи? 

— Идеи приходят из воздуха, опыта, воспоминаний, ассоциаций. Конечно, большую роль играет само помещение, оно непременно накладывает отпечаток на проект. 

Например, «Ян Примус» на Бауманской. Что такое бельгийский ресторан? Как он должен выглядеть? Четкого ответа на эти вопросы нет. До Рубенса у нас, конечно, не дошло, но в воображении возникли Брюгге, Гент, Брюссель... Идеи подавало само здание. Его построили в XVIII веке, сохранилась замечательная кирпичная кладка стен. Мы ее «вытащили», выкрасили белой краской, и получилась определенная европейская демократичность. 

Мы с коллегой Борисом Марковским постарались сохранить атмосферу этого исторического памятника, охраняемого государством. Хотелось, чтобы не было резкого контраста между фасадом и внутренним оформлением. Требовалось учесть все особенности старомосковской архитектуры и использовать их в работе. Это оказалось непросто, особенно с учетом множества согласований с различными инстанциями и организациями. Например, в нижнем, подвальном этаже вентиляция проведена в полу: изначально там обнаружились какие-то канавы, и по ним проложили трубы. Это было сделано потому, что своды помещения нельзя трогать по закону. 

Мебель решили выбрать в некоем ретро-стиле, массивную, со столами, которые в идеале должны были быть даже несколько поцарапанными. Добавили раритетные вещи, старую кухонную утварь… И вышла такая Европа — легкими намеками, без прямых отсылок. 

Проект был очень сложным. Взять хотя бы вывеску ресторана. Сейчас она буквально крошечная (относительно общих размеров фасада, разумеется). Но в результате оказалось, что это ненавязчиво и очень удачно по-европейски вписалось в общий стиль. Особенно учитывая то, что выполнена она на прозрачном стекле. 



— Очевидно, в оформлении фасадов также существуют свои правила… 

— У нас большой опыт в оформлении фасадов. Тут всегда надо пытаться совместить свои желания и законодательные нормы. Обычно мы делаем фотографии фасада и затем в 3D пристраиваем надпись, смотрим, как ее масштабировать, как соотносятся цвета. Конечно, в этом вопросе есть свои нормы, определенные стандарты. Например, надпись нельзя делать во всю стену дома, а панель кронштейна, на которой крепится вывеска, не может отступать от фасада более чем на метр и двадцать сантиметров. 

— Сейчас нередки сетования на то, что весьма проблематично найти качественные материалы, позволяющие воплотить замыслы архитектора и дизайнера. 

— Палитра материалов постоянно увеличивается. Появляются и новые технологии. Это живая отрасль, которая все время развивается. Например, в нескольких ресторанах мы опробовали новую технику оформления стен. Сейчас есть возможность печатать любую картинку на совершенно разных материалах, скажем, фанере. Интересны прозрачные стекла, на которых изображения наносятся с обеих сторон. Используем лакированные панели, очень оживляющие интерьер, особенно с подсветкой.  

Сегодня множество компаний производит абажуры. С ними интересно работать, поскольку всегда можно найти нужный вариант, не довольствуясь стандартным ассортиментом. Удобно выбирать ткани для обивки мебели так, чтобы они сочетались со светильниками. Причем речь идет об отечественных производителях. Мы используем в основном российские материалы и мебель. Здесь важен вопрос цены и качества, а также сроков. Согласно практике с Запада заказ может идти по три месяца, и в результате поставка окажется очень накладной. К тому же в ресторане все должно легко и быстро заменяться. Скажем, наши местные партнеры в любой момент могут приехать перетянуть диваны. У нас есть и керамика, пусть не самого премиум-качества, но мы много ее используем. Так что пока я не заметил краха российского производства. 




Опубликовано:
19/08/2014

Рекомендуем

Личный опыт

Сеть суши-ресторанов «Фудзияма» с фастфуд-прицелом

Разновидности форматов быстрого обслуживания. Роллы вместо пиццы
Интервью

Сибирская кухня — против природы не пойдешь

Владимир Бурковский о таком сложном и огромном гастрономическом явлении, как сибирская кухня
Личный опыт

Обучение кулинарному искусству. Какой путь должен пройти повар

Андрей Махов: «Примерно до 30 лет вы должны пройти путь от повара до шефа»
Личный опыт

Революционный социально-гастрономический проект

Илиодор Марач о системе взаимоотношений с гостями и ценообразования, как о тренде развития ресторанной отрасли
Личный опыт

Как сделать город лучше

Как «бизнес из любопытства» встал на прочные рельсы
Личный опыт

На Манхэттен со своим самоваром

Михаил Гончаров, управляющий и основатель сети «Теремок», делится опытом первого американского открытия