Родоман Александр |  Январь 2012

Александр Родоман: «Бармен должен быть универсален»

В конце 2011 года Александр Родоман совершил то, что не удавалось еще никому, — к своему званию чемпиона мира по флейрингу он добавил титул чемпиона мира по «классике». Приветствуем победителя!

Александр Родоман: «Бармен должен быть универсален»
— Каким был ваш путь к чемпионству?

— В феврале 1998-го я начал заниматься в учебном центре Барменской ассоциации России по классу «флейринг». В то время он представлял собой нечто совершенно новое для нашей страны. И первой за его продвижение взялась именно БАР. Мы осваивали совсем простые, примитивные движения, но понимали, что из этого может получиться что-то интересное.

Через год я уже участвовал в конкурсах, завоевывал какие-то призовые места, но пока не первые. На конкурсе, организованном Bacardi-Martini, стал вторым. У победителя не было загранпаспорта, поэтому мне посчастливилось поехать на международный финал в Италию, там я занял четвертое место.

Из года в год тренировался, совершенствовал свою технику, участвовал в различных российских и зарубежных соревнованиях. В 2003 году в Севилье мне с четвертого раза удалось выиграть самый престижный для людей нашей профессии чемпионат — World Cocktail Competition, организуемый Международной барменской ассоциацией. Раньше (да и потом) флейрингисты из России в WCC не побеждали, не поднимались выше второго-третьего места. А на WCC 2011 я стал первым россиянином, победившим в «классике». Это очень большое достижение и для меня, и для страны.

— Перед тем как прийти на курсы в БАР вы, вероятно, уже успели получить какую-то специальность? Кто вы по образованию?

— Я потомственный артист цирка, окончил Государственное училище циркового и эстрадного искусства. Благодаря такой подготовке у меня многое сразу стало получаться во флейринге, ведь по сути он основан на жонглировании. Я с удовольствием этим занялся, через три-четыре месяца меня уже приглашали выступать в клубы.

— И вы решили променять цирковую арену на барную стойку?

— Я не тотчас поверил в профессию бармена. В то время, в конце девяностых — начале двухтысячных, она ассоциировалась с каким-то проходящим моментом в жизни. Поначалу я тоже думал: «Заработаю немного и займусь чем-то другим». Но, по мере того как постигал барменское искусство, оно меня все сильнее увлекало. Профессия бармена — очень многогранная, творческая, интересная, она близка мне по духу, поэтому я до сих пор занимаюсь ею. В ней нет предела совершенству. Меня это радует, и именно как бармена я вижу себя в будущем.

— Что вам сейчас интереснее — флейринг или миксология?

— Основная моя профессия, конечно, флейринг, я зарабатываю этим. Но, не разбираясь в нюансах приготовления коктейлей, не станешь хорошим барменом, даже если ты очень крут как флейрингист. Нельзя отделять одно от другого, необходимо уметь и то, и то.

— Почему вы решили участвовать в WCC как миксолог?

— Все, что можно было выиграть во флейринге, я выиграл. Пора дать дорогу молодым. Кого-то мое решение удивило, потому что меня привыкли воспринимать как флейрингиста. Но мне важно не останавливаться в профессии, идти дальше, и миксология — именно та сфера, которую я хочу изучить глубже. Мне важно доказать себе, а потом и всем остальным, что бармен должен быть универсален, способен работать в любом направлении.

— Случалось, что чемпионы WCC по флейрингу решали выступить в «классике», выигрывали отборочные туры в своих странах, но на международном финале не показывали высоких результатов. Не смущал ли этот факт вас?

— Должен сказать, что победить в России было сложнее, чем выступать в финале! Отборочный тур включал в себя около десяти конкурсов — приготовление кофе, раскуривание сигар, speed mixing, слепую дегустацию, подачу вина, шампанского и т.д. На международном финале просто нужно было правильно и четко выполнить установку по технике приготовления и ждать решения жюри.

— Вы уже больше десяти лет в профессии, часто ездите на международные соревнования, выступаете с мастер-классами. Куда движется барменская мысль сегодня? Что изменилось?
— Очень большое внимание стало уделяться рецептурам, разнообразию вкусов и их сочетанию. Еще не так давно карты абсолютного большинства баров формировались из «классики». Теперь преобладают новые фантазийные коктейли с оригинальными, авторскими ингредиентами, которые сами бармены приготавливают, вываривают, выпаривают, получают эссенции из разных фруктов, специй… Современного бармена можно сравнить с шеф-поваром высокой кухни. Он умеет не просто приготовить «по техкарте», но и сделать ингредиент, придумать новый рецепт.

Флейринг тоже достиг невиданных ранее высот. Больше предметов используется, техника такая, что тут мало сказать «цирк отдыхает»! Это уже сродни профессиональному спорту! Важен и результат — то, насколько хорош коктейль в бокале.

Я бы хотел, чтобы больше возникало заведений с шоу-баром, с акцентом на флейринг. В Москве, в Питере, да, наверное, в России вообще флейр-баров нет. Отдельные бармены в некоторых заведениях выполняют какие-то элементы, не более того.

— Возможно, дело в том, что шоу востребовано скорее на презентациях и тому подобных мероприятиях, а не в повседневной работе?

— Не думаю. Просто у нас больше заботятся о коммерческой стороне. А чтобы привлечь хороших флейрингистов, им нужно платить немножечко больше, чем обычным барменам.

— Когда вы основали Rodoman Flair School и чему здесь учите?

— В марте нашей школе исполнится восемь лет. Сразу после моей первой победы на WCC мне предложили стать вице-президентом БАР по флейрингу, и несколько лет я в этой должности отработал. А компания, которая меня поддерживала, помогла в создании школы.

— Нужно ли держать вступительный экзамен в вашу школу?

— Нет. Мы просто оцениваем степень подготовленности человека. Одни приходят учиться с нуля, другие уже что-то умеют. Поэтому и программы разные, начиная с азов и заканчивая специальными тренировками перед конкурсами. Никого не отсеиваем. Любого можно научить нескольким базовым движениям флейринга. Остальное зависит от того, насколько ты сам хочешь этим заниматься, насколько стараешься. Мы много общаемся с учениками, рассказываем, что необходимо делать, чтобы стать хорошим барменом. Большую часть времени уделяем, конечно, флейрингу. Но не забываем и о теории, технологии, истории напитков — все это необходимо знать. Развиваем фантазию бармена, актерские навыки, стараемся раскрыть его как личность. Очень важно, чтобы бармен имел некую харизму, собственный стиль выступления и работы в баре.

— Девушки у вас в школе есть?

— Есть! Правда, их меньше, чем парней, и они не показывают выдающихся результатов во флейринге, но в миксологии делают определенные успехи, потому что более тщательно, аккуратно к приготовлению коктейлей подходят. Надеюсь, в будущем их станет больше!

— Махнуть 50 грамм перед тем как заняться флейрингом — это помогает или мешает?

— Я считаю, что мешает. Всякие дополнительные стимуляторы ни к чему. Длительные тренировки связаны с большими нагрузками, поэтому флейрингисту-профессионалу необходима правильная диета, может быть, витамины, какие-то добавки. Но алкоголь употреблять не стоит. Он притупляет координацию. Дыхалка должна быть нормальная, так что заниматься физическими упражнениями надо обязательно. Жонглирование требует большого количества повторений. Руки, ноги, все части тела задействованы. Нужно быть в форме.

— И жонглировать в любую свободную минуту?

— У кого как получается. Меня часто дома застают за тем, что я что-то кручу, подбрасываю. Наверное, нужно отдыхать иногда, но руки сами собой пляшут.

— Расскажите о вашем проекте BarShow.ru.

— Тема бар-шоу у нас в стране, и прежде всего в Москве, получила развитие благодаря Барменской ассоциации. Как я уже говорил, она популяризировала, продвигала флейринг в клубы, устраивала отдельные выступления. Люди из event-компаний это видели, им нравилось, нас все чаще приглашали на различные мероприятия. Вот я и подумал, что такой проект, объединение барменов, которые профессионально делают шоу, может быть востребован. Так оно и оказалось. Спрос есть.

— Из недавнего что лично вам особенно понравилось?

— Шоу, которое мы делали для одной компании сотовой связи. Мобильниками жонглировали, звучали обрывки телефонных разговоров… Вообще мне интереснее работать, когда мероприятие предполагает сценарий, определенную стилистику, большую творческую часть. Мы сами подбираем музыку, костюмы, разрабатываем коктейли «в тему», иногда докупаем какие-то ингредиенты. Задействуем светящиеся столы, бутылки, шейкеры… Девушки занялись йогой, ходят по разбитым бутылкам, это тоже элемент шоу.

— Команду составляете из выпускников Rodoman Flair School?

— Бывает и такое. Берем в шоу тех, кто показывает хорошие результаты.

— Программы ориентируете по-прежнему на клубы?

— Как правило, мы выступаем на корпоративных мероприятиях. Клубы нас редко приглашают, у них там go-go, диджеи. Мы для них кажемся слишком дорогими. Да и бесполезно с музыкой конкурировать, популярность бармена трудно сравнить с популярностью того, кто крутит диски, хотя оба несут настроение. Даже одна и та же программа каждый раз проходит по-новому. Многое зависит от площадки, освещения, людей, которые собрались на мероприятие. Нужно постоянно быть в тонусе, готовым к импровизации. Бывает, кто-то выскакивает из зала и пытается тебе подражать. Я советую воспринимать это нормально, может быть, немного подыграть. Интерактив в нашем деле — большой плюс.

— Что-то изменилось в вашей жизни после второй победы на WCC?

— С этого момента еще не так много времени прошло, каких-то конкретных предложений не поступало, я получаю поздравления и моральные дивиденды. Вообще достижения наших барменов на международных конкурсах, а их в последнее время немало, говорят о том, что мы идем в правильном направлении. Все больше появляется баров, где грамотная техника приготовления, где люди настроены на общение. Сами бармены стали намного значимее в своих барах, наша профессия выходит на другой уровень, и моя победа — еще одно тому доказательство.

Текст: Евгения Шляпникова
Опубликовано:
27/01/2012

Рекомендуем

Личный опыт

Сеть суши-ресторанов «Фудзияма» с фастфуд-прицелом

Разновидности форматов быстрого обслуживания. Роллы вместо пиццы
Интервью

Сибирская кухня — против природы не пойдешь

Владимир Бурковский о таком сложном и огромном гастрономическом явлении, как сибирская кухня
Личный опыт

Обучение кулинарному искусству. Какой путь должен пройти повар

Андрей Махов: «Примерно до 30 лет вы должны пройти путь от повара до шефа»
Личный опыт

Революционный социально-гастрономический проект

Илиодор Марач о системе взаимоотношений с гостями и ценообразования, как о тренде развития ресторанной отрасли
Личный опыт

Как сделать город лучше

Как «бизнес из любопытства» встал на прочные рельсы
Личный опыт

На Манхэттен со своим самоваром

Михаил Гончаров, управляющий и основатель сети «Теремок», делится опытом первого американского открытия